ОЛЕГ СМОЛЯКОВ: «МЫ СТОЛКНУЛИСЬ С ОГРОМНЕЙШИМ БАНКОВСКИМ ЛОББИ…»

В Астане состоялся круглый стол, посвященный новому законопроекту о регулировании коллекторской деятельности. Собеседником сначала депутатов, потом журналистов стал заместитель председателя Национального банка Олег СМОЛЯКОВ. Постепенно обсуждение «коллекторского» законопроекта сменилось дискуссиями на кредитную тему в целом.
По данным Нацбанка и мажилиса, из 8 миллионов трудоспособного населения Казахстана около 6 миллионов пользуются услугами кредитования. У народа «в моде» потребительские кредиты. И почти половина потребительских кредитов – просрочена. Большая часть денег бралась в долг в благополучные докризисные времена. Сейчас, столкнувшись с инфляцией и безработицей, далеко не все граждане способны вернуть с процентами то, что занимали. А экономическое неблагополучие это прекрасный стимул для социальной напряженности.
Проблема заметно усугубляется юридической малограмотностью населения и жесткими условиями банковских договоров. В банках же выдача беззалоговых потребительских кредитов по-прежнему популярна.
По словам Смолякова, в последнее время Национальный банк во избежание социальных осложнений ввел ряд ограничений при выдаче таких «быстрых» займов. (Например, одним из условий для получения кредита стала норма о том, что ежемесячный платеж заемщика не должен превышать 50 процентов ежемесячного дохода.) Нельзя сказать, что это как-то сильно повлияло на ситуацию.

Золотая половина
– Я абсолютно не собираюсь защищать практику банков по выдаче таких займов, – прокомментировал происходящее Олег Смоляков. – Суть в том, что мы тоже видим в этом проблему. С учетом нашей регулярной работы – проверок, оценок риск-менеджмента и тому подобного.
Я бы хотел сказать, что когда мы предлагали этот механизм обслуживания займа, чтобы сумма выплат не превышала 50 процентов, нам было очень сложно его реализовать. На тот момент мы столкнулись с огромнейшим банковским лобби. Банки были против этого механизма, но мы его провели.
В ходе работы мы всегда сталкивались с двумя типами аргументов. И в каждом периоде времени эти аргументы начинали превалировать над другими.
Когда у нас было все хорошо, банковский сектор говорил, что ужесточение механизма получения займов, введение подтверждения доходов формальными документами из ГЦВП или пенсионной выпиской, приведет к тому, что у них все кредитование встанет. Потому что в Казахстане имеется большой пласт индивидуальных предпринимателей, которые не имеют формально подтвержденных доходов. Да, они работают, они платят все что нужно, они оплачивают кредит, но реалии жизни таковы, что они работают в теневом сегменте. Точнее даже не в теневом сегменте, а в «сером». Нам говорили: «Вы ограничиваете большой пласт заемщиков в доступе к кредитным ресурсам!» Это те аргументы, которые я слышал тогда.
В результате мы нашли некоторый формат. Он предполагает, что банки должны прописать в своих внутренних правилах управление рисками. Те документы, которые они считают необходимыми для подтверждения доходов, – это могут быть не только официальные источники, но и выписки со счета, справки о заработной плате и пр. Это был некоторый компромисс. Сейчас он стал использоваться как отдельная лазейка для отдельных банков.
То есть одни подходят к вопросу более жестко, другие – более мягко. Конечно, радикальное решение проблемы мы получим, когда введут всеобщее декларирование доходов. Тогда у нас будет необходимая прозрачность. Тогда мы жестко, спокойно, без всякого зазрения совести, без реплик, что мы «ограничиваем большой пласт населения в доступе к кредитным ресурсам», спокойно сможем все объяснить.
Да, мы понимаем проблему и ищем дополнительные решения. Так, в начале этого года мы на уровне наших правил провели и зарегистрировали норму, которая гласит, что при выдаче потребительских займов, без подтверждения доходов через официальные источники, такой заем создает для банка большую нагрузку на капитал. И это в любом случае дестимулирует банк.
Но я еще раз хочу сказать, что наличие займа у физического лица это не проблема сама по себе. Если заемщик имеет возможность получить заем, его обслуживать, у него есть достаточно доходов, пусть и неподтвержденных, почему мы должны запрещать или ограничивать возможность получения такого займа?

Простота хуже воровства?
– Хотелось узнать подробнее по поводу ужесточения условий выдачи «упрощенных» кредитов без подтверждения доходов.

– Я полностью поддерживаю депутатов. Но это вопрос не односторонний. Нам нужно решать проблему на момент выдачи кредита и здесь я призываю тоже быть сбалансированными. Да, скоринг, да, упрощение. Но мы все движемся в эпоху цифровых технологий. Сейчас мобильные приложения это то направление, по которому работают банки во всем мире. Упрощение должно быть. И скорость выдачи кредитов, и повышение этой скорости. Но при этом оно должно иметь и другую сторону медали. Заем должен выдаваться, если у банка достаточно информации о заемщике.
Я бы акцент сделал на том, что банкам нужно иметь доступ к базам данных госорганов. МВД, налоговый комитет, базам данных физических лиц. Чтобы у банка была возможность оценивать кредитоспособных заемщиков.
– Но некоторые клиенты не могут выплачивать кредит, а некоторые – не хотят…
– Необходим баланс. При этом не должно быть социального иждивенчества. Те, кто не могут (именно не могут!) обслуживать заем, они должны рассчитывать на некоторую финансовую поддержку. К тем, у кого есть временные затруднения, должна быть применена реструктуризация займа. Чтобы эти временные затруднения население могло пережить.
Но в том случае, где заемщик ничего со своей стороны не выполняет, где у него есть активы, где он может на самом деле платить по займам, но не хочет, то здесь мы должны требовать от него выполнения обязательств.
– Классическая ситуация – безденежный студент, купившись на красивую рекламу, берет в кредит дорогой сотовый телефон, а потом начинает запоздало думать, как он этот кредит будет отдавать. В итоге мы получаем то, что называется проблемный заем по потребительскому кредиту. Что можно сделать, чтобы избежать этого? И какую работу по этому поводу, на Ваш взгляд, должен проводить Национальный банк?
– Я бы не стал говорить, что мы не ведем такую работу. Конечно, может быть, мы не до конца делаем все, что возможно, с этим я согласен. Я сегодня уже делал акцент на введении требования, ограничивающего возможность банков в выдаче кредитов заемщикам, не имеющим достаточных доходов. Если объем обслуживания займа у клиента превышает 50 процентов его ежемесячного дохода, то банк не должен выдавать такие займы заемщикам.
Понятно, что есть различные источники подтверждения доходов, и это может использоваться различными банками для обхода данного требования. Мы это тоже понимаем. Поэтому мы буквально с начала года ввели требование, что если банк выдает заем с уровнем обслуживания долговой нагрузки, превышающей треть доходов заемщиков, то в этом случае он должен иметь дополнительные провизии по капиталу. Так называемый буфер капитала. В том числе и с привлечениями экономических механизмов. Проще говоря, банку должно быть дорого выдавать деньги заемщику, о котором у него недостаточно информации.
Тогда мы с одной стороны будем создавать кредитную культуру, а с другой стороны дестимулировать те банки, которые пытаются заработать на финансовой неграмотности заемщика.
– А будет ли Национальный банк применять какие-либо меры к службам безопасности БВУ, которые должны проверять платежеспособность заемщика? Ведь известны многочисленные факты, когда из-за недоработок службы безопасности деньги, по фальшивым справкам выдавались неплатежеспособным клиентам.
– Меры к службам безопасности? Наверное, такой вопрос имеет право быть. Он не на пустом месте возник. У нас, конечно, есть требование к банкам в части внутренней системы управления рисками. Вопрос рисков при выдаче кредитов, информационный вопрос, вопрос безопасности – они тоже там урегулированы в том объеме, в котором требовали усиления. Мы, в принципе, не отказываемся и готовы работать.

А вот они, условия, а вот она – среда…
– Скажите, пожалуйста, что Национальный банк делает для того, чтобы БВУ, пользуясь неграмотностью наших граждан, не подписывали их на невыполнимые, кабальные условия по займам?
– Это вопрос защиты прав потребителя. У нас есть целый блок законов, который в прошлом году принимался, нацеленный на обеспечение защиты прав потребителя.
Да, это обязанность банка – разъяснять все условия предоставляемого займа. Кроме того, эти условия не должны быть (как раньше, помните, такая практика была) напечатаны очень мелким шрифтом. А тогда так как раз какие-то наиболее серьезные условия прописывались. Эти требования сейчас законодательно урегулированы. Мы в последние годы очень активно работаем по защите прав потребителя.
– И каков результат? Можете привести примеры?
– Примеры можно было бы привести в том случае, если бы у нас сокращалось количество жалоб на банки. Я, наверное, сейчас не могу этим похвастаться. Потому что в условиях, когда есть некоторое ухудшение экономической ситуации и когда большее количество заемщиков сталкивается с трудностями, рассчитывать на сокращение количества жалоб, по-моему, неправильно. Это работа не разовая. Она ведется постоянно.
– Если говорить о защите прав потребителя, то не проще ли в таком случае будет ввести стандартную форму документации, единую для всех банков?
– У нас есть такая практика, что при разработке любого нового финансового продукта банк должен согласовать основные параметры этого продукта с нами. Поэтому мы сейчас видим ключевые условия того или иного финансового продукта и указываем банкам на те условия, которые должны или быть изменены или дополнены.
Так что в данном случае я не вижу смысла для стандартизирования. Важен же не стандарт как таковой, а соблюдение базовых принципов, утверждение базовых прав и обязанностей заемщика. То есть, если договор и так содержит необходимые условия, нет необходимости в его стандартизации. Проверка соответствия финансового продукта законодательству – это часть наших обязанностей, и мы их исполняем.
– Как сейчас обстоит ситуация с реструктуризацией долгов для ипотечников?
– Мы ожидаем охвата новой программой порядка 25 тысяч заемщиков. На это выделено 130 миллиардов. Есть обязательные сроки освоения этих средств банками. На данный момент уже одобрено заявок на сумму порядка 85 миллиардов.
– А кто и как будет контролировать реализацию программы?
– Поскольку это программа Национального банка, то и контроль за всей программой – это задача Национального банка. В случае если банк по каким-то причинам не освоит ту или иную сумму из выделенных средств, то он вернет их обратно.
Но банк должен выполнить все условия программы. Он должен списать штрафы и пени. У него есть обязательства по реструктуризации долга на срок 10 лет. Есть базовые условия, при соблюдении которых он вправе использовать ресурсы этой программы. Если он хоть одно из условий нарушает, то эти ресурсы у него изымаются. А у потребителя, если что, есть право рефинансировать этот заем в другом банке. То есть он может просто обратиться в другой банк.

Источник газета «Трибуна. Коммунист Казахстана», записала Маргарита НИКИТИНА, фото автораскачать dle 10.4 win-1251Forex блог matrade
рейтинг: 
Оставить комментарий